Проекты

Основные разделы сайта

Мотив для бизнеса. Экономика ждет системных решений

КИРИЛЕНКО Иван, СБ
ЛЕГКАЯ Елена


Немногочисленные, высокотехнологичные, быстро реагирующие на спрос и ситуацию предприятия — важный сегмент современной экономики.

Именно на их долю в развитых странах приходится более половины ВВП, около 70 процентов рабочих мест, большинство инновационных проектов. В Беларуси в малом и среднем бизнесе занято около миллиона человек — четверть экономически активного населения страны. Его вклад в формирование ВВП — примерно 9 процентов: не Франция, конечно, но с учетом совсем небольшой истории постсоветского предпринимательства — немало. И все–таки как серьезный ресурс экономического роста малый и средний бизнес пока остается нереализованным. В чем причины этой инертности? Так ли непреодолимы пресловутые «административные барьеры»? И каких решений ждут сегодня предприниматели от государства, программа социально–экономического развития которого ориентирована на динамичное и устойчивое развитие данного сектора экономики?


За «круглым столом» «СБ» проблемы малого и среднего предпринимательства обсуждали заместитель председателя Совета по развитию предпринимательства при Президенте Мечислав ВИТКОВСКИЙ, председатель Белорусского союза предпринимателей Александр ПОТУПА, председатель общественного объединения «Минский столичный союз предпринимателей и работодателей» Владимир КАРЯГИН, директор департамента по правовым и общим вопросам Белорусской научно–промышленной ассоциации, член Национального совета по трудовым и социальным вопросам Виталий СЕВРУКЕВИЧ, директор ООО «Профисерв» Георгий КАНАШЕВСКИЙ, директор компании «Евростиль» из Гомеля Сергей САРАНЧУК, главный специалист управления инновационной деятельности Госкомитета по науке и технологиям Николай СКУРАТОВИЧ и заместитель директора департамента по предпринимательству Министерства экономики Александр ТОПИЛИН.


«СБ»: Сегодня очевидно, что белорусская экономическая модель состоялась. Удалось сохранить основу экономики — крупные и во многом уникальные производства, уйти на безопасное расстояние от кризиса 90–х, обеспечить стабильный рост благосостояния каждого человека. Теперь стоит новая задача — максимально задействовать внутренние ресурсы для модернизации экономики, повышения ее конкурентоспособности и эффективности. Какова здесь роль малого и среднего бизнеса?


В.Карягин: Среди стран СНГ у Беларуси наименьший процент субъектов малого и среднего бизнеса, занятых в торговле, и наивысший — в сфере материального производства: промышленности, сельском хозяйстве, связи, транспорте, строительстве, ЖКХ... В освоении IT–технологий у нас, безусловно, лидирующая роль принадлежит частным предприятиям — их в этом секторе до 90 процентов... Если в целом оценить по стране роль негосударственного сектора, то это свыше миллиона рабочих мест. Хорошо ли это для страны? Безусловно. Если бы этого не было, — имели бы 15 процентов потенциальной безработицы. Но, думаю, самое прибыльное для государства дело — это «выращивание» предпринимателей. Самых активных и способных нужно только немножко поддержать, и они дадут стране и товары, и рабочие места, и налоги. Частный сектор держится только на энергии, личной инициативе, личных средствах, предприимчивости деловых людей, граничащей с постоянным риском потерять все. И сколько бы было положительного и полезного для страны, если бы на пути его развития не было постоянно действующих административных барьеров.


В.Севрукевич: При соответствующей поддержке со стороны государства, кстати, проект соответствующего закона уже в Парламенте, малый бизнес даст возможность принять, трудоустроить излишек рабочей силы, поможет квалифицированным работникам, которые не полностью востребованы государственным сектором, найти свое место в нашей экономике. Но эти процессы должны идти активнее. У нас достаточно подробно в правовом отношении регламентированы практически все стороны предпринимательской деятельности. А вот в рабочем плане ряд вопросов не решается: в силу чрезмерной зарегламентированности многих административных процедур. Они сложны, громоздки и к тому же недешевы. Правда, сейчас в этой сфере наметились некоторые положительные сдвиги. Департамент по предпринимательству Минэкономики активно работает в этом направлении. Вносится много предложений, которые учитываются при принятии решений. Совсем недавно принят декрет Президента, который предусматривает упрощение регистрационных процедур для предпринимателей. С этого года вступает в силу и новый закон о хозяйственных обществах, который заменит одним документом множество нормативных актов, регулировавших деятельность хозяйствующих субъектов различных правовых форм. Но в то же время у нас действует множество различного рода нужных и ненужных процедур, введенных подзаконными нормативными актами. Необходимы серьезные меры по сокращению документооборота.


А.Потупа: Наш союз достаточно критически оценивает сегодняшнюю ситуацию в малом и среднем бизнесе. Мы считаем, что по таким показателям, как количество малых предприятий на тысячу человек населения — это общемировой параметр, — Беларусь отстает не только от Европы, где их 45 в среднем по ЕС, а в США — 78, но и от ближайших соседей. У нас этот показатель равен трем, а в России — семи, в Украине — около шести. В правовом обеспечении этого сектора экономики что–то серьезно недорабатывается. К сожалению, это относится и к крупному бизнесу. Наша страна, как свидетельствуют аналитические и статистические данные, ставит рекорды по количеству административных барьеров. По сложности и дороговизне всякого рода регистраций и перерегистраций, лицензирования.


М.Витковский: Нельзя сказать, что у нас нет роста. Число занятых в частном секторе, как свидетельствуют статистические данные, в последние пять лет увеличивается примерно на 7 процентов в год. Небурный, но рост есть. Другое дело, что этот показатель мог бы быть значительно выше, если бы этому сопутствовали некоторые факторы, в том числе и организационно–правового характера.


«СБ»: Давайте о факторах. А заодно и о фактах. Поскольку все разговоры о необходимости преобразований хороши, только если опираются на конкретные предложения и конкретные недостатки. Есть сотни, тысячи предприятий, которые смогли не только выжить и закрепиться, но расшириться и процветать. Несмотря на трудности, о которых мы здесь говорим.

В.Карягин: Наш бизнес, да и не только бизнес — экономика в целом, теряет в конкурентоспособности, потому что вынужден заниматься непроизводительным трудом. Только в области ведения бухгалтерского учета, бухгалтерии всех форм учета и отчетности столько, что в этой сфере, вы вдумайтесь, работает сегодня 550 тысяч человек. Это люди, которые ничего не производят, а только все считают, пересчитывают и перекладывают деньги из одного кармана в другой... И практически все с высшим образованием. В каждой фирме по 2 — 3 бухгалтера, а в некоторых и по 10. Кстати, как–то слышал цифру, что на МАЗе работают 334 бухгалтера. Понятно, это крупное предприятие, но тенденции те же.


С.Саранчук: Элементарный пример. У меня на предприятии 3 года назад была налоговая проверка. Потом — перепроверка, и еще одна... Им показалось, что они с меня мало взяли, они решили взять больше. И взяли. Суд признал действия областной налоговой инспекции неправомерными, незаконными. Но должностных лиц не только не наказали, но и незаконно взысканные деньги мне в полном объеме не вернули... Это что, равенство перед законом? Скорее ведомственный произвол. Вывод один: чиновники могут ошибаться безнаказанно и потому делать все, что захочется. Они действуют по принципу «как бы чего плохого не вышло» — плохого, заметьте, для них.


В.Карягин: На страхе строить предпринимательство нельзя. У нас очень жесткое, даже жестокое законодательство. По некоторым оценкам у нас из 40 тысяч заключенных 7 тысяч «сидят» по экономическим статьям — это директора, бухгалтеры. Создается впечатление бесконечности норм, предусматривающих наказания для этой категории лиц. Во всех законах, ведомственных подзаконных актах. А ведь предпринимательство — это прежде всего инициатива, креатив. А как можно пойти на новое, на инновации, если опасность быть наказанным подстерегает там, где ты ее даже не ждешь, поскольку даже не догадываешься, что где–то есть документ, согласно которому ты уже нарушитель. Легче ничего не делать. Инициатива не просто наказуема, она невозможна в условиях неопределенности, рожденной запутанным, противоречивым и постоянно меняющимся, постоянно дополняющимся законодательством, не говоря уже о бурной «подзаконной» деятельности ведомств.


Г.Канашевский: С таким нагромождением законов и «подзаконов» сами чиновники разобраться не могут, где уж тут коллективу в 5 человек найти средства, чтобы еще содержать 2 — 3 бухгалтеров и юристов. А кто работать будет? Такое мнение, кстати, высказывают не только начинающие предприниматели, но и настоящие лидеры, давно работающие, обладающие серьезным опытом работы и организаторскими способностями. Или другой пример: декабрьское (2004 года) постановление Правительства по упорядочению заработной платы. Документ фактически стал тормозом на пути ее повышения. А ведь удержать молодого специалиста, который за 2 — 3 года работы у нас приобрел опыт и получил высокую квалификацию, при низкой зарплате просто невозможно. Таким образом мы фактически готовим кадры для оффшорных зон, где платят от 700 у.е. Уверен, что государству это точно невыгодно. Чтобы иметь высокую производительность труда и качественный продукт, на который всегда будет спрос и в стране и за рубежом, нужны высококвалифицированные и соответственно высокооплачиваемые работники, профессионалы. Да и студентам есть смысл глубже изучать предмет, если в перспективе достойная зарплата.


В.Карягин: Этот подход к регламентации выплаты заработной платы затрагивает и производителей высокотехнологичной продукции, что серьезно сдерживает их развитие, снижает конкурентоспособность нашего белорусского продукта. Кроме того, за превышение установленного потолка предприятие должно платить из чистой прибыли. Это гораздо больше, чем просто уплата налога, поскольку изымаются средства, которые нужны предприятию для развития.


Г.Канашевский: Пока государство серьезно поддерживает только тех, кто ориентирован на экспорт. А кто будет обслуживать внутренний белорусский рынок, наши белорусские предприятия? Да нас быстро вытеснят с собственного рынка дешевые импортные информационные технологии. Те же китайские.


А.Топилин: Программой развития страны до 2010 года у нас определены цели и пути, по которым пойдет экономика. Там есть и раздел о предпринимательстве, в котором сказано, что доля малых и средних предпринимателей в ВВП страны составит к 2010 году 20 — 22 процента. Количество юридических лиц — субъектов малого и среднего бизнеса планируется довести до 44 — 46 тысяч, а число занятых в этой сфере — до 23 — 25 процентов от общей численности экономически активного населения. Выполнить эти показатели мы будем обязаны.


В.Карягин: Нужна четкая межведомственная координация. А пока Минпромышленности, например, считает: вот наши 200 предприятий, и мы для них указ. А остальные 5 — 6 тысяч — это чужие, мы за них не отвечаем, с нас за них никто не спрашивает.


А.Потупа: Поэтому и барьеров в результате борьбы с барьерами возникает больше, чем исчезает. Поставить барьер легко, убирать сложно. Конкретный пример — закон о ликвидации предприятий. За годы становления частного предпринимательства накопилась гора «балласта»...


В.Карягин: В Беларуси предприятие ликвидируется в среднем 5 лет! Сегодня 74 тысячи неработающих, практически не существующих, но и официально не закрытых предприятий повисли в воздухе. Их учредители все это время не имеют права создавать другие предприятия. Причем их надо не просто автоматически закрыть, здесь должна быть проведена полная проверка состояния юридического лица по части налоговых задолженностей, кредитных, договорных обязательств. Как? Механизма нет.


С.Саранчук: Нельзя жить, думая только о том, как выжить. Не развиваться, не расширяться, а только выживать. Моему предприятию десять лет. Я работаю по 12 — 14 часов в сутки...
Но даже по сравнению с моими коллегами и знакомыми предпринимателями из России ничего практически не заработал. Я хотел бы услышать от нашего Правительства, от Парламента, от общества, наконец, что они от нас ожидают? Нужен стране частный сектор или не нужен? Нас 80 тысяч предпринимателей, да еще вместе с учредителями — всего получается примерно 240 тысяч человек. Нужны не единичные действия, нужна концепция, определяющая место и направление развития в стране предпринимательства. Меня пугает отношение у нас к производству. Как бы я ни пытался наладить работу, я все равно сталкиваюсь с одними и теми же сложностями.


Н.Скуратович: Мы подошли к интересной теме. Бизнес, как правило, идет туда, где есть баланс между прибылью и риском. Инновационной деятельностью, созданием нового продукта занимается менее 1,2 процента от всего количества малых предприятий в стране. В Германии, согласно статистике Евросоюза, их порядка 40 процентов. В Словакии и подобных ей странах — 10 — 15 процентов. В целом ниже 10 процентов нет ни в одной стране ЕС. Подходы к их учету в ЕС и у нас, в принципе, совпадают: учитываются предприятия, выпускающие новые продукты в сфере промышленности и связи — таких чуть более сотни, и предприятия в сфере науки и разработок. Так вот, в сфере науки за 9 месяцев — январь — сентябрь 2005 года — число таких предприятий у нас сократилось на 5 процентов. Численность с более чем 2.000 человек упала до 1.656. А всего за последние десять лет количество таких предприятий уменьшилось более чем в два раза, а численность работающего на них персонала сократилась втрое. В промышленности налоги из выручки от реализации составляют менее 30 процентов, в сфере инноваций — более 40. Вкладывать деньги в большие риски и сразу оплачивать налогами еще неясный результат — будет там прибыль или убыток — дело малопривлекательное. Пока деятельностью в области науки и разработок малому бизнесу просто невыгодно заниматься.


В.Карягин: Кстати, первые кооперативы у нас, а их было 49 процентов из всех, первое предпринимательство и начиналось именно с этого. Не с шашлычных, не с ресторанов, как в России, а с технологий. Сегодня многие уехали и успешно работают за рубежом. Востребованы в Америке, в Японии...


Н.Скуратович: Китай в декабре прошлого года, по некоторым данным, уже обошел США по производству высокотехнологичной продукции.


А.Потупа: При создании привлекательного климата для инвестиций, поверьте мне, эта область и у нас расцвела бы. В прошлом году в фонде поддержки технологий кто–нибудь взял хоть один рубль? Деньги лежат, а их не берут. А потому, что сама система выдачи рассчитана под обычный, а не инновационный бизнес. Она не учитывает, что это область повышенных рисков. Вот здесь и нужно вмешательство государства — из соображения собственных интересов и собственной выгоды оно должно взять на себя часть этих рисков. В одиночку такое дело с места не сдвинуть.


Нам давно уже пора огромные средства бросать на разработку и внедрение энергосберегающих технологий. И здесь без инноваций не обойтись. Есть совершенно фантастические вещи среди новых разработок. К примеру, новое покрытие позволит в 2 — 3 раза сократить расходы на отопление дома. Но этим надо заниматься вплотную уже сейчас и вкладывать деньги. Именно IT–технологии дадут возможность выходить на рынок с минимальными затратами энергетических и материальных ресурсов и с максимальной составляющей интеллектуальных затрат.


В.Карягин: У нас создано прекрасное законодательство по гарантийным фондам. Есть хороший опыт Венгрии. Для начала нужно 5 — 7 миллионов долларов, и начнет постепенно раскручиваться работа, станут вовлекаться другие средства. Если есть законодательство, значит, деньги должны быть выделены. Какой смысл принимать закон и ничего не предпринимать по его выполнению?


«СБ»: Возможно, еще не преодолена психология видеть в бизнесе возможность быстро разбогатеть? А все остальное всерьез и не рассматривается.


В.Карягин: Это представления 8–летней давности. За это время вы не представляете, как изменилась психология. У нас бизнес социально ответственный. У нас на 70 процентов бизнес вовлечен в социальные проекты, а в России только на 25 процентов. Ни в одной стране Европы такого нет.


С.Саранчук: Сегодня множество ИП — индивидуальных предпринимателей — хотят принять статус юридического лица. А вы говорите, никто не хочет всерьез заниматься бизнесом. Тут проблема в другом: желание–то есть, а смогут ли потянуть эту лямку? Поэтому в новом законе положения о микропредприятиях не должно быть. Заставлять принимать формы нельзя. Нужен эволюционный путь.


Н.Скуратович: У нас нет огромных сырьевых ресурсов, как у той же России. Наш потенциал — люди... Высокообразованные, дисциплинированные, желающие работать люди. С огромным опытом и способностью к выживанию в самых сложных условиях.


«СБ»: Стратегический курс на развитие малого и среднего предпринимательства четко обозначен Программой социально–экономического развития до 2010 года. Что с тактикой?

В.Карягин: Предприниматели отмечают, что у местных властей есть понимание нашего положения, наших проблем. В некоторых районах местные бюджеты на 30 — 40 процентов формируются за счет платежей предпринимательских структур, наполнение их напрямую зависит от того, как работают предприниматели. Все сегодня упирается в республиканский уровень. Медленно производятся изменения в сторону упрощения законодательства. Медленно внедряются нормы. Многие районные чиновники, служащие говорят, что не всегда даже к их мнению прислушиваются наверху.


А.Топилин: У нашего министерства в последние годы наладился хороший деловой диалог как с общественными объединениями, так и с предпринимателями, которые не входят в общественные объединения. Вырабатываем единые концептуальные подходы к тому, как преодолевать проблемы, в том числе и межведомственного характера. Практически все рациональные предложения, которые поступали к нам от общественных объединений, в том числе и при подготовке проекта концепции развития предпринимательства на 2006 — 2010 годы, программы господдержки малого предпринимательства на 2006 год, не только учитывались, но и были поддержаны Правительством.

Дальнейшее совершенствование законодательства, я считаю, должно идти по пути либерализации, облегчения деятельности предприятий. Сейчас подготовлен проект указа, в котором предусмотрен упрощенный режим налогообложения для субъектов малого предпринимательства. Проект закона о поддержке малого и среднего предпринимательства нацелен на «программный» принцип финансирования конкурентоспособных проектов. Но нужна и деловая инициатива, серьезные, экономически обоснованные бизнес–планы.


А.Потупа: Нужно как–то ограничить в условиях нашего достаточно строгого законодательства бесконтрольное вмешательство чиновников в экономический процесс. Наладить производство тяжело, разрушить — легко. Некоторые чиновники, чувствуя бесконтрольность, этим жезлом власти машут и по поводу, и без повода. Когда–то, 5 — 10 лет назад, это было очень, может быть, полезно. Но сегодня у нас сформировался цивилизованный и законопослушный слой предпринимателей, занятых серьезным и полезным делом, и им экономически выгодно соблюдать закон. Проблема больше в том, как сделать невыгодным разрушительное вмешательство малокомпетентного, но «увлеченного» чиновника в работу предприятия? Не обязательно частного — любой формы собственности. Если мы запускаем программу дебюрократизации, значит, мы ее запускаем на практике. Есть четкие алгоритмы, как это сделать. Повторяю, нужны системные решения на самом высоком уровне. В общем, предпринимательство нуждается сегодня, образно говоря, в Конституции — в своде законов о малом, среднем и крупном бизнесе, которые учитывали бы все сегменты экономики. Не может быть у экономики «любимцев», «доноров», а тем более «нелюбимых детей». Организм экономики един и неделим.