|
Страница 1 из 2 Научно-исследовательский центр Мизеса
Аналитический центр «Стратегия»
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ КОНСТИТУЦИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
Основные принципы экономических взаимоотношений гражданина, бизнеса и государства
Ярослав Романчук,
Руководитель научно-исследовательского
центра Мизеса АЦ «Стратегия»
Зачем нужна Экономическая Конституция
Человек рожден свободным. Рожден, чтобы стать личностью. Личностью не
на необитаемом острове, а в обществе. С его традициями, институтами,
привычками и ценностями. Чтобы полностью себя реализовать в нем,
человеку нужна свобода. Политическая и гражданская. Экономическая и
социальная. Свобода нужна для исполнения желаний и реализации мечты. У
каждого она своя. Для одного – работа на заводе и дача по выходным. Для
другого – должность в исполкоме и большой счет в банке. Для третьего –
свое кафе, парикмахерская или завод. К счастью, остается много людей,
для которых крепкая семья, надежные друзья и дружные соседи – это тоже
мечта.
Большинство людей не склонно к риску предпринимательской деятельности.
Многие из нас до сих пор не осознают, что жизнь без выбора и рисков не
существует. Молочные реки с кисельными берегами, идеальное здоровье,
вечная романтическая любовь или изобилие без труда – это явления из
сказок, а не реальной жизни. Люди боятся неопределенности. Страх
бедности, потери здоровья или работы пронизывает жизнь человека. Часто
страхи иррациональны и преувеличены. Тем не менее, многие люди готовы
передать все полномочия по управлению рисками государству. Чтобы только
самим не делать выбор. Чтобы, не дай бог, не рисковать. Чтобы, в случае
чего, было на кого свалить вину за неудачи.
Государство заверяет, что умеет делать выбор за нас, что у него это
получается. Политики и чиновники утверждают, что у них уникальный опыт
нейтрализации рисков. Социальных и экономических. Экологических и
образовательных. Политики убеждают, что без плотной опеки
правительства, бурной деятельности десятков министерств и ведомств,
национальных и местных органов власти люди будут стремиться причинить
друг другу вред. Производители – продать низкокачественный товар и
отравить природу. Кредиторы – заманить в долговую ловушку и затем
забрать последнюю рубашку. Инвесторы – уволить «лишних» рабочих, чтобы
максимизировать прибыль. Рабочие – украсть на заводе или банально
лениться, чтобы получать зарплату и ничего не делать.
Да, человек не без греха. Но чиновник и политик – тоже человек. При
этом у него, в отличие от обыкновенного гражданина, есть одно
существенное отличие. Он распоряжается чужими деньгами и активами. От
нашего с вами имени. Поскольку ничто человеческое ему не чуждо, он
старается принести пользу, в первую очередь, себе и своим близким – за
наш с вами счет. Он использует чужие ресурсы и деньги для того, чтобы
реализовать свою мечту, а также мечты своих детей и друзей – опять же,
за наш с вами счет.
Чиновники и политики делают все, чтобы мы не отказали им в праве
распоряжаться нашими деньгами, временем и активами. Они говорят об
опасности выбора, о постоянном росте рисков, о необходимости
объединиться под «крылом» правительства – а то умрем поодиночке.
Запугать, нарисовать мир в черных тонах, представить нас друг другу в
качестве конкурентов, оппонентов и чуть ли не экономических врагов –
такова идеологическая задача Большого государства.
Сторонники Большого государства врали, врут и будут врать. Они
прикрывают свою ложь статистикой, красивыми лозунгами, и
привлекательными обещаниями. Они умело манипулируют нашим сознанием и
обращают наши слабости в свою силу. И так уже более двухсот лет.
Беларусь еще ни одного дня не жила без Большого государства. Говоря о
достижениях государства, мы даже себе не представляем, какой могла бы
быть Беларусь с экономической свободой.
Чиновники и политики обещали нам богатство и процветание – мы получили
бедность и статус хронически развивающейся страны. В теории Большое
государство гарантировало социальную защиту и равенство для всех – а в
жизни получились дворцы и «Мерседесы» для избранных «слуг» народа.
Остальным достались очереди за жильем длинною более 10 лет, дешевая
водка и праздник души на дачно-полевых работах. Большое государство
гарантировало сохранность вкладов и сбережений. На деле вышел грабеж
через инфляцию и мгновенное обогащение руководства партхозноменклатуры.
Людей уверяли, что хорошая работа у них будет всегда. Получилось, что
высокопрофессиональные врачи, учителя, инженеры и даже музыканты
переквалифицировались в челночников, предпринимателей или вообще
иммигрировали.
Вместо чистой природы и устойчивого развития мы получили загаженную
землю, грязные реки и воздух. Вместо разработки своих новых прорывных
технологий нам предложили копировать западное, игнорируя права
интеллектуальной собственности и порядочность. Вместо борьбы с
преступностью, мы получили расцвет коррупции и взяточничества. Вместо
свободы передвижения мы столкнулись с жесткими визовыми ограничениями.
Обещанная открытость обернулась изоляцией. Творчество и здравый смысл
сменили слепое выполнение приказов сверху и подхалимаж.
Вместо народовластия, т. е. передачи экономических, социальных и
финансовых решений для человека, мы получили царство бюрократии.
Человеческое достоинство пало жертвой навязывания государственной
идеологии и искажений истории. Законы стали понятиями. Вместо спроса на
знания сформировалась потребность на слепую веру во власть. Стандарты
общечеловеческой морали были отодвинуты инструкциями, директивами и
распоряжениями.
Так Большое государство ведет себя в ответ на наше доверие, нашу
доверчивость. Прикрываясь провалами рынка, оно само стало источником и
причиной самых опасных провалов в экономической и социальной политике.
Чиновники и политики стали вещью в себе и для себя. Люди перестали быть
им нужны. Большое государство научилось иезуитским способам манипуляции
и эскалации страхов. Человек хотел снизить риски жизни и экономического
выбора. В результате передачи полномочий Большому государству он резко
увеличил риски жизни, стал более уязвимым, зависимым и неуверенным в
будущем.
Конституция страны обещает человеку защиту его политических прав и
гражданских свобод. Она должна гарантировать эффективное
функционирование механизмов политической конкуренции, взаимодействия
гражданского общества и государства. Вместе с тем, она далеко не всегда
гарантирует реализацию человеком экономической свободы. Права
собственности либо выносятся за скобки прав человека, либо вообще им
противопоставляются. Наличие в стране только демократических механизмов
недостаточно для реализации человеком своих прав и свобод в полной
мере. Механизмы и институты реализации прав собственности и
экономической свободы являются неотъемлемой частью общественных
институтов защиты прав собственности. Их создание и развитие не менее
важно, чем принятие политической Конституции.
Общественная система, основанная на частной собственности, в отличие от
любой другой имеет целый ряд неоспоримых преимуществ. Во-первых, она
повышает благосостояние общества, отдавая ресурсы в руки тех, кто может
распорядиться ими лучше других. Во-вторых, она поощряет развитие новых
идей, творчество, инновационность, экспериментирование и нововведения.
В-третьих, она способствует оптимальному распределению риска. Вероятные
издержки, связанные с той или иной деятельностью, падают только на тех,
кто непосредственно ею занимается. Поэтому общество в целом и другие
граждане ограждены от ошибочных решений других. При этом люди,
совершающие действия, заинтересованы в том, чтобы специализироваться и
становиться экспертами в оценке рисков именно этого типа. В-четвертых,
система частной собственности защищает интересы будущих поколений. Она
создает стимулы для отдельных людей переключать ресурсы от текущего
потребления на достижение долговременных целей. Часто эти цели выходят
за пределы жизненного цикла отдельного человека. Наконец, она
стимулирует конкуренцию между работодателями, и тем самым защищает
наименее благополучные группы населения.
Низкая правовая культура населения и политических элит в целом,
правовой нигилизм, существенно ограниченное понимание смысла и
практического значения института частной собственности требует принятия
основополагающего правового акта, который бы позволил гражданину в
полной мере реализовать свое право частной собственности, т. е.
владения, распоряжения, приобретения ресурсов, активов и капитала на
условиях добровольного взаимовыгодного обмена с другими гражданами.
Этот же документ должен четко определить полномочия государства по
ограничению прав частной собственности.
Экономическая Конституция устанавливает пределы государственной
интервенции в процесс экономических действий и решений гражданина.
Уважая мнения большинства в сфере политического выбора, необходимо
четко определить, где заканчивается полномочия большинства по
ограничению прав частной собственности. Поскольку права собственности
являются частью прав человека, через которые они реализуются, то
ограничения прав собственности является нарушением прав человека.
Поэтому чрезвычайно важно создание институтов защиты как политических
прав и гражданских свобод, так и прав собственности, экономической
свободы в целом.
Четкое разграничение полномочий государства и гражданина по правам
собственности на рынке денег, земли, товаров, услуг, рабочей силы –
всех форм капитала является важнейшим условием реализации гражданином
своих прав и свобод. Мало политической декларации о праве человека на
жизнь. Нужны конкретные механизмы для реализации этого права. Без права
собственности политические и гражданские права реализовать невозможно.
Принятие Экономической Конституции является важнейшим законодательным
этапом реализации этих прав. Экономическая концепция «собственность»
требует четкой правовой конкретизации во всех сферах экономической
деятельности (производство, торговля, сбережение, инвестиции,
потребление). Человеку важно знать, как на практике реализуется «пучок»
его прав (приобретать, трансформировать, обменивать, дарить,
использовать в качестве залога и т.д.), который мы называет правом
собственности. Чьи деньги находятся на вашем счете, если государство
вводит ограничения по снятию их со счета и использованию их в качестве
платежного средства? Если государство приказывает формальным
собственникам денег продать определенную часть валютной выручки по
фиксированному курсу, чьи это деньги? Когда собственнику завода
навязывают нормы затрат, определяют параметры производства, порядок
оплаты труда или продажи товаров, разве это его завод? Когда владельцу
магазина приказывают продавать товары только определенного
ассортимента, запрещают устанавливать свои цены, определять порядок
работы и даже внешний вид магазина, разве это его бизнес? Когда у так
называемого частного бизнеса Беларуси забирают налогов в объеме 186% от
заработанной им прибыли, разве такой бизнес можно считать частным?
Когда государство наделяет себя правом разрешать или запрещать
заниматься тем или иным видом деятельности, приказывает следовать
законодательным нормам, принятым «задним числом», в одностороннем
порядке отменяет принятые решения и правила игры, разве гражданин может
полноценно реализовать свое право собственности?
Проблема прав собственности является одной из важнейших тем научных,
теоретических дискуссий. От того, какие будут созданы механизмы их
реализации, зависит капитализация активов страны, конкурентоспособность
национальной экономики, адекватность принятия экономических решений
внешнему контексту, качество социальных программ и даже количество
предприимчивых, творческих, инновационно настроенных людей. Четкое
определение права собственности является самым надежным механизмом
борьбы с хронической бедностью с одной стороны и с загрязнениями
окружающей среды с другой.
Переход от централизованной плановой экономики к демократии и
свободному рынку имеет целый ряд правовых, экономических и
институциональных особенностей. Их нужно учитывать при законодательном
оформлении реформ, определении параметров монетарной, фискальной,
торговой, финансовой, социальной, образовательной политики, при
проведении приватизации, создании рынка земли и развитии конкуренции в
инфраструктурных и сетевых секторах. Специфика переходного периода
заключается в следующем:
Ø правовой нигилизм номенклатуры и населения в целом, незнания сущности института частной собственности;
Ø слабая поддержка электората, образовательных элит (научные степени по
гуманитарным наукам присуждались в рамках советской системы) системных
последовательных рыночных преобразований, высокие иждивенческие
ожидания, подкрепляемые установками эгалитаризма и чувством зависти к
богатым (склонность к отождествлению богатства с воровством и
несправедливостью);
Ø отсутствие естественной структуры производства и занятости, как
следствие отсутствия частной собственности и свободных цен на все
факторы производства;
Ø отсутствие независимой судебной власти и эффективной системы разрешения экономических и имущественных споров;
Ø отсутствие традиций участия гражданского общества и СМИ в контроле за
действиями власти, в формировании ценностей открытого общества,
государства права и демократических процедур;
Ø наличие большой, противоречивой, во многом социалистической правовой базы для регулирования экономических отношений;
Ø острый дефицит убежденных, подготовленных кадров для проведения
системных рыночных реформ на уровне центральной, тем более местных
властей;
Ø чрезвычайно слабые механизмы координации действий различных органов
власти по проведению рыночных реформ. Имеет место жесткая конкуренция
между различными структурами правительства, а также между центром и
регионами;
Ø наличие мощного административного, политического и человеческого
капитала у советской партийной и хозяйственной элиты. В ситуации ломки
старой системы и отсутствия новых институтов он легко трансформируется
в политическую и экономическую власть;
Ø высокие риски ослабления силовых функций государства, криминализации
общества и создания мощных теневых структур, в том числе с участием
представителей бывших или действующих силовых структур (феномен
«оборотней в погонах»).
Комплекс данных факторов накладывает жесткие ограничения на действия
законодателей и полисимейкеров в переходный период, если они ставят
перед собой следующие цели:
§ обеспечить выход на устойчивую траекторию долгосрочного развития,
§ обеспечить макроэкономическую стабильность белорусской экономики и
прозрачное, предсказуемое правовое поле для формирования рациональных
ожиданий. Это значит, в первую очередь, инфляция до 3% в год,
бездефицитный бюджет, либерализация текущего и капитального счетов,
адаптация на национальном уровне базовых стандартов финансового,
фондового и товарных рынков Европейского Союза;
§ нейтрализовать структурные искажения централизованной экономики,
§ интегрироваться в региональную и глобальную систему разделения труда,
§ раскрепостить творческий потенциал предприимчивых людей;
§ сформировать систему цивилизованного, наименее затратно разрешения споров и противоречий;
§ создать и укрепить институты, гарантирующие постоянную модернизацию производства, трансферт капитала в наиболее прибыльные сферы
Переход Беларуси от централизованной плановой экономики к рынку не
будет проходить с законодательно чистого листа. За период 1991 –
2007гг. в стране создана обширная нормативная база, состоящая из
десятков тысяч законов, указов, постановлений, распоряжений,
принимаемых разными органами государственного управления. Они являются
теми правовыми рамками, которые являются обязательными для центральных
и местных органов власти.
В случае начала рыночных реформ, дисижнмейкеры столкнуться с очевидным
противоречием между целями своих программ и стратегии развития и
существующими законодательными рамками. Какой бы интенсивной не была
законодательная деятельность новой власти, она будет наталкиваться на
инерцию принятия решений по старым процедурам и регламентам. Невозможен
приход команды совершенно новых людей в старые кабинеты с достаточным
количеством подготовленных проектов нормативно-правовых актов, по
которым сразу же будут осуществляться реформы.
Во-первых, едва ли возможно формирование столь обширной команды
единомышленников, которые бы заняли не только министерские посты, но и
ключевые позиции в региональных и местных органах власти, в органах
судебной власти, прокуратуры, в силовых структурах, а также в
крупнейших госпредприятиях. Даже при формировании новых структур власти
возникает проблема координации действий, полноценного информационного
обеспечения и прозрачности принимаемых решений. В Беларуси нет даже
одной тысячи человек, которые бы полностью разделяли видение будущего
Беларуси, основанного на принципах свободного рынка,
предпринимательства и открытой торговли, которых можно было бы назвать
одной командой для реализации вполне конкретных целей переходного
периода.
Во-вторых, существует определенный временной лаг между разработкой
проектов нормативных актов, в том числе законов, и временем вступления
их в силу. Это как р&# |
