Проекты

Основные разделы сайта

Кто заинтересован в теневой экономике?

Кто заинтересован в теневой экономике?


Теневой оборот


Теневой оборот, теневая или «серая» экономика – эти и другие термины, характеризующие тот сектор экономики (ее сферы), который не регистрируется официальной статистикой и учетом и не подпадает под налогообложение, присущ в той или иной степени всем странам мира.


Существуют различные виды и определения теневой деятельности – от вполне законных способов «оптимизации налогов» с помощью оффшорных зон и схем до выплаты зарплаты в конвертах, от использования труда нелегальных эмигрантов до ведения запрещенных законом видов деятельности (торговля наркотиками, проституция и пр.). Кроме того, существует и особая деятельность, связанная с отмыванием «грязных денег». Однако ниже мы не будем касаться криминальных видов деятельности и попытаемся рассмотреть вопрос о том, почему вполне законная деятельность предприятий «уходит в тень».


В разных странах размер теневой экономики существенно отличается: от совсем небольшого процента (от ВВП, фонда оплаты труда, розничного товарооборота и пр.) до десятков процентов.


Водоразделом в данном случае служит степень экономической свободы: чем ее больше, тем меньше сектор теневой экономики. Так, если в стране относительно невысокий уровень налогообложения, отсутствуют или сведены к минимуму административные барьеры (необходимость получения различных разрешений, согласований и пр.), работника легко и недорого нанять, платить ему зарплату или уволить (в смысле налогов с фонда оплаты труда, которые несет работодатель, различных гарантий и выплат компенсаций в случае увольнения), а фирму – создать или закрыть, то мотивация предпринимателей по уводу своей деятельности в тень сведена к минимуму.


И наоборот, когда эти и другие факторы имеются в наличии, т.е. говоря экономическим языком, когда трансакционные (явные и неявные) издержки по ведению бизнеса и заключению сделок высоки, то экономика будет стремиться к росту неформального сектора.


Естественно, что экономическая свобода, теневая экономика и коррупция теснейшим образом переплетены. Так, в странах с высоким уровнем экономической свободы, как правило, уровень теневых сделок и коррупционности невысок. В США, Эстонии, Новой Зеландии и Ирландии – при всей их непохожести – есть много общего: большая степень экономической свободы, высокие темпы экономического развития, низкий уровень коррупции, низкая доля теневой экономики. Россию, Венесуэлу, Беларусь или Узбекистан объединяют прямо противоположные тенденции – отсутствие экономической свободы и засилье бюрократов, высокий уровень коррупции и теневых схем.


Даже в Европейском Союзе, несмотря на формально единое экономическое пространство, страны существенно дифференцируются по степени экономической свободы. Соответственно, уровень экономического развития, теневые схемы и уровень коррупция будут достаточно сильно отличаться в странах Скандинавии и Голландии от Греции, Италии или Испании.


Теневой сектор в Беларуси


Сложные и противоречивые правила ведения бизнеса в стране приводят к сохранению и даже росту теневой экономики. Так, согласно опросу, проведенному Исследовательским центром ИПМ * , в 2005 г. 52% респондентов охарактеризовали объем теневого оборота своих предприятий до 25%, в то время как в 2000 г. таких респондентов насчитывалось 43%, в 2002 г. – 37% (табл. 1). Разница в ответах между 2002 г. и 2005 г. еще более заметна при анализе таких вариантов ответа, как «26-50%» и «51-75%» оборота. Хотя, возможно, более низкие цифры 2002 г. объясняются более высокой долей респондентов, отказавшихся отвечать на данный вопрос ** .


Табл. 1. Распределение ответов на вопрос «По Вашему мнению, какая доля оборота частных предприятий проходит без отражения в документах бухгалтерского учета (теневой оборот)?» (%)

 

2000 г.

2002 г.

2005 г.

До 10%

14.4

17.5

25.0

10-25%

28.5

19.0

26.5

26-50%

16.8

3.4

15.0

51-75%

18.2

3.4

3.8

Более 75%

3.2

1.3

Нет ответа

15.1

36.0

7.0

Такого явления нет

6.9

17.5

21.5

Итого

100.0

100.0

100.0

Источник: Исследовательский центр ИПМ.


Теневой оборот, по мнению руководителей МСП, в большей мере присутствует в строительстве, торговле и общественном питании. Что вполне логично – в этих сферах очень много различных регулирующих норм, с одной стороны, а с другой – в них проще эти нормы обойти. В таких видах деятельности, как образование, транспорт, связь нормирующих ограничений меньше, и обойти их несколько труднее.


Кроме того, существует четкая зависимость между размером фирмы и ее вовлеченностью в теневой оборот. 50% фирм, с количеством работающих свыше 200 чел., оценивают размер теневого оборота в 26-50%. Такой ответ, как «51-75% оборота», отметили только 3% руководителей фирм с численностью до 50 чел., и 13% – свыше 100 чел.


Зависимость между размером фирмы и вовлеченностью в теневые схемы будет прослеживаться и дальше. Это логично, поскольку чем крупнее фирма, тем выше объем сделок. Тем больше «цена вопроса» в случае высоких налогов или административных барьеров и желание руководителя МСП его решить неформальным образом, минимизировав явные и неявные издержки, возникающие при честном («белом») ведении бизнеса.


Взятки и коррупция


Еще одной проблемой, непосредственно вытекающей из сложного законодательства, многочисленных проверок и несоответствующих нарушениям штрафов, является проблема коррупции и взяток. Несмотря на постоянно декларируемую борьбу с коррупцией, в последние годы индекс коррумпированности белорусской экономики резко пошел вверх (см., например, исследования международной организации Transparency International и ее Индекс восприятия коррупции, согласно которому Беларусь переместилась с 66-го места в 2002 г. на 107-е в 2005 г.) *** .


Факт достаточно высокой коррумпированности чиновников в белорусской экономике подтверждается и данными опросов ИПМ (табл. 2). Так, 77% руководителей МСП изредка или постоянно дают взятки представителям органов власти. Сохранение таких высоких цифр дает основания усомниться в эффективности проводимой в стране борьбы с коррупцией. Постоянно дают взятки 11% руководителей МСП с численностью до 10 чел., 23% – с численностью до 50 чел., 27% – свыше 50 чел.


Табл. 2. Распределение ответов на вопрос «На Ваш взгляд, как часто руководители частных предприятий вынуждены давать взятки (в любой форме) представителям органов власти?» (%)

 

2002 г.

2005 г.

Изредка

40.7

57.0

Постоянно

39.4

20.3

Такого явления нет

18.5

18.8

Отказ от ответа

1.4

4.0

Итого

100.0

100.0

Источник: Исследовательский центр ИПМ.


Возможностью неформально «решить вопрос» (т.е. минимизировать штраф или быстро получить нужное разрешение и пр.) отчасти и объясняется высокая приспособляемость белорусского бизнеса к регуляторной среде, а также отсутствие значительного количества новых фирм на белорусском рынке – у работающих в бизнесе уже значительное время фирм и их руководителей накапливаются нужные связи и знакомства в Минске , которых нет у фирм-новичков. В результате новая фирма либо так и не будет открыта вследствие высоких финансовых и временных издержек по ее созданию, либо она будет нести повышенные риски по всевозможным проверкам и их результатам.


«Откаты»


Еще одним фактом высокой коррумпированности и непрозрачности ведения бизнеса в стране являются т.н. «откаты» – денежное вознаграждение за совершенную сделку, размещенный заказ, выигранный тендер и т.д. (как процент от сделки или размещенного заказа). Естественно, что откаты никак не фиксируются в бухгалтерском учете и, соответственно, доходы от них не попадают под налогообложение.


Количество откатов по сравнению с 2002 г. хоть и несколько уменьшилось, однако остается достаточно значительным: 10% фирм работает с откатами при каждой или каждой второй сделке (табл. 3).


Табл. 3. Распределение ответов на вопрос «Как Вы считаете, насколько распространено в Беларуси такое явление, как "откат", при получении выгодных заказов?» (%)

 

2002 г.

2005 г.

Имеет место при каждой десятой сделке

11.6

20.5

Имеет место при каждой пятой сделке

18.8

21.3

Имеет место при каждой третьей сделке

14.3

15.5

Имеет место при каждой второй сделке

10.6

8.8

Имеет место при каждой сделке

12.7

1.5

Такого явления нет

25.9

25.5

Нет ответа

6.1

7.0

Итого

100.0

100.0

Источник: Исследовательский центр ИПМ.


В отраслевом разрезе первое место занимает строительство: об откате при каждой – каждой третьей сделке заявило 36% респондентов. Далее по убыванию идет торговля (26%), производство (25%), бытовое обслуживание (24%). Существует также и определенная прямая связь между размером предприятия и его вовлеченностью в «откатные схемы».


Чем больше фирма, тем чаще она дает откат: если малые фирмы встречаются с этим явлением при каждой первой-третьей сделке примерно в 15% случаев, то фирмы с количеством работников от 50 до 100 чел. – в 29% случаев, а средние предприятия с численностью более 100 чел. – в 53% случаев. Таким образом, в значительном числе случаев сделки объясняются не такими рыночными категориями, как «цена», «качество» и конкуренция, а личной мотивацией менеджеров из отдела продаж, руководителей МСП или соответствующих чиновников.


Выигрывающие и проигрывающие


Кому выгодно наличие в стране теневой экономики? Почему в одних странах правительство и парламент выбирают реформы, способствующие выводу экономики из тени и росту предпринимательской активности граждан, а другие, несмотря на громкие декларации, продолжают принимать правовые акты, прямо стимулирующие теневой сектор экономики?


Ответ очевиден: законы и регулирующие нормы, затрудняющие предпринимательскую деятельность, способствуют росту благосостояния чиновников и приближенных к ним фирм, а не рядовых граждан. Все разговоры об усилении защиты рынка и росте прав потребителей ведутся, как говорится, для бедных. Но непосредственными бенефициарами всех административных «улучшений и совершенствований» выступают совсем другие люди.


Для получения нужного разрешения найди нужного человека и как следует поблагодари его. Разрешение (лицензию, согласование) могут не дать. То есть дать нужной, «правильной» фирме. Регулирующих норм может быть так много, что обнаружить нарушение очень легко. В результате ужин в среднем ресторане Минска стоит больше, чем в Амстердаме или Вильнюсе.


Насколько велик теневой сектор в Беларуси? С одной стороны, 20% оборота среднестатистического МСП – вроде бы не очень много, учитывая относительно небольшой вклад этого сектора в ВВП страны (10%).


С другой стороны, вследствие такой ситуации в бюджет не поступают десятки миллионов долларов, вследствие сложной регуляторной среды не создаются сотни и тысячи новых рабочих мест.


Кроме того, репрессивные регулирующие нормы создают особый спрос на всевозможные фирмы-однодневки и финансовые компании, помогающие обналичить, перевести или увести деньги. Оборот этих фирм не поддается количественной оценке.


Также можно с большой долей уверенности предположить, что и государственные, и полугосударственные компании и заводы (например, нефтяные, металлургические, машиностроительные, строительные) «не брезгуют» пользоваться теневыми схемами и фирмами-однодневками и закладывают в свои бизнес-планы «откаты» и «благодарности».

Можно сколько угодно долго и громко кричать о борьбе с коррупцией. Однако мировой опыт показывает, что бороться с коррупцией можно только одним способом – искореняя ее причину, а не запугивая предпринимателей и чиновников суровостью наказания.


Для исправления крайне неблагополучной ситуации с коррупцией и теневыми сделками нужно, с одной стороны, пропагандировать и внедрять стандарты предпринимательской этики и социальной ответственности бизнеса (прозрачность и соблюдение законов – один из ее важнейших элементов).


С другой стороны, белорусскому бизнесу, как крупному, так и малому, нужна либерализация хозяйственной деятельности, упрощение многочисленных правил, а главное – сокращение налоговой нагрузки, в первую очередь, через уменьшение или ликвидацию налога на прибыль и введение регрессивных ставок по социальному страхованию.


-----------------------

 * Исследование деловой среды страны проведено в конце 2005 г. По репрезентативной выборке опрошено 400 руководителей малых и средних предприятий Беларуси.

 ** Несмотря на заверения интервьюеров об анонимности и конфиденциальности опроса и индивидуальных анкет, некоторая часть респондентов отказалась отвечать на вопросы о теневой экономике или коррупции. Это вполне объяснимо страхом руководителей МС, участвовавших в опросе, перед возможными проверками и репрессиями.

 *** См. http://www.transparency.org/