Проекты

Основные разделы сайта

КАК ЖИТЬ ДАЛЬШЕ?

По сути, этот вопрос сейчас является основным для всей нашей экономики и общества, а не только для рынка продовольствия, которым в силу свой специфики занимается автор. Но, даже исследуя этот достаточно узкий участок, можно сделать важные наблюдения и оформить их в виде реальных рекомендаций.
Статья ( откройте «подробности») построена по итогам мартовской ассамблеи деловых кругов «Структурная модернизация бизнеса и власти», а также благодаря совместным размышлениям автора с активным участником ассамблеи Виктором Маргеловым, председателем Республиканской конфедерации предпринимательства, владельцем бизнеса, связанного с производством и реализацией товаров продовольственной группы.  Автор: Александр НОВИКОВ, заместитель главного редактора журнала «Продукт.BY»

 

Подробности..

Итак, ключевой вопрос для всей нашей экономики — создание реальных условий для добросовестной конкуренции на потребительском рынке. К сожалению, цельной картины по поводу того, как эти самые условия могут создаваться и работать, в стране нет. Есть некие декларации, к которым смело можно отнести Закон о торговле и всю его антимонопольную часть. На выходе Минторг браво рапортует (так было и на Ассамблее) о практически ежечасной борьбе с недобросовестными организаторами выставок-продаж меда, отдельными сетевыми магазинами и мелкими объектами общепита, нарушающими законодательство. Однако из этих деталей не складывается никаких пазлов; гора не рожает ничего, даже мыши.


По танку вдарила болванка


С высоких трибун уже который год звучат призывы о создании некоего мощного антимонопольного органа, который наведет порядок на потребительском рынке, о регулярном проведении консультативных заседаний с участием представителей бизнес-союзов и власти на данную тематику. По большому счету, просматривается тенденция и дальше имитировать бурную деятельность, формировать пышную оболочку без содержимого.
О чем сейчас нужно говорить и кричать в первую очередь? Да о том, что потребительский спрос населения стремительно падает. А это — очень важное звено всего рынка. Тут все как в гусенице у танка. Вылетает гусеничный трак — и вся эта махина начинает буксовать. То, что рынок в Беларуси буксует, признает сегодня любой — от независимого экономиста до министра. Справедливости ради нужно отметить, что крепко тормозит он и у наших соседей по ЕАЭС, пробуксовывает в Европе… Рынок сжимается по всем направлениям и будет сжиматься дальше. В общем, в таких условиях уверенно в перспективе может себя чувствовать лишь институт антикризисных управляющих, потому что рост предприятий-банкротов неизбежен.


Буэнос диас, голодранцы

 
Есть опыт Аргентины. Там в 2001 году разразился системный экономический кризис. Специалисты отметили его уникальность. В стране, традиционно аграрной, в цене (в долларовом эквиваленте) начали расти продукты питания. Продавцы быстро усвоили один урок: если нельзя заработать с большого оборота из-за «схлопывания» местного рынка и уменьшения потребления со стороны населения, будем зарабатывать с наценки и на экспорте. В итоге в стране выросли розничные цены как на импортную продукцию, так и на свою (в долларах)… И это несмотря на усилия государства как-то регулировать и стабилизировать цены. Товарищи! Вам это ничего не напоминает, случайно?
В итоге жители крупных городов, аргентинских в смысле, оказались в большом минусе. Отдаленность от земли стала приводить к тому, что городские семьи (или домашние хозяйства, как любят говорить современные экономисты) львиную часть доходов стали тратить на продукты питания. Одновременно упало качество услуг: ухудшилось качество дорог, стали регулярными перебои с электричеством, появились проблемы со связью, зато резко вырос уровень преступности и т. д.
На этом фоне цивилизованная торговля серьезно просела, зато получили развитие большие и малые рынки, контролируемые различными криминальными структурами. До сегодняшнего дня Аргентина так и не смогла полностью отойти от такого удара. Отсюда один риторический вопрос: «А у нас кто-нибудь просчитывает последствия в случае кризисных явлений в экономике?»
А следом за первым вопросом появлятся и второй.


А если ничего не менять и спрятать голову в песок?..

 
Бесстрастные цифры свидетельствуют: по итогам 2014 года экспорт белорусской продукции в Россию упал на 40 %. При этом наши предприятия-переработчики получили черную метку прямо в финансовые отчеты: если у вас нет своей сбытовой сети, вы в неизбежном проигрыше — в выигрыше почти всегда окажутся посредники на Российской стороне. При этом не стоит все бочки катить на Россию. Мол, они упали, а мы из-за своей тесной интеграции с братской РФ незаслуженно страдаем. В мире сегодня экономики достаточно тесно связаны. Просела ведь не только Россия. Упала экономика многих стран — такова новая экономическая реальность. Но некоторые этого стараются не замечать.
Результат — активизация деятельности правоохранительных органов. Пример: в марте 2015 года были задержаны руководители Минского мясокомбината. Им в вину вменяются продажа продукции в Россию по заниженным ценам, причинение ущерба госпредприятию. При этом из вида упускается тот факт, что план по экспорту у наших переработчиков есть, а цены отпущены на свободу. В таких условиях отечественный директорат перестает понимать, как ему нужно (и можно) жить и работать. Кроме того, лозунги о диверсификации рынков сбыта, выходе на новые рубежи в Европе, Латинской Америке или странах Персидского залива выглядят достаточно популистскими. В этих странах хватает своих проблем. И наращивание объемов производства отдельных предприятий с надеждой захватить новые рынки может привести к непоправимым последствиям для этих самых предприятий. Экспортные поставки по ценам ниже себестоимости только усугубляют отрицательную картину экономики. Рецептом может стать усиление координации предприятий-производителей тех же продуктов питания в Беларуси.
А вот пример из другой оперы. В Минске есть сегодня примерно восемь литейных цехов, работающих с разной, но довольно низкой общей степенью загрузки и общими низкими показателями. Было бы разумнее, если бы они запускались на полную мощность в режиме «необходимости». Вопросов возникает много, но лучших-то альтернатив почему-то не просматривается…
Парадигма, говоря красиво, складывается такая. Беларусь объективно не сможет в ближайшем будущем продавать на внешние рынки столько, сколько реализовала в 2013 году, с выгодой для себя. Плюс к этому идет коррекция цен в международной торговле. И вилка для нашей экономики получается убийственная.
Государство не хочет допустить снижения уровня жизни… И это при том, что объемы экспорта Беларуси объективно снижаются и, скорее всего, будут снижаться дальше. Возможно ли выполнение такой задачи старыми методами? Как нам нужно наладить экономические отношения, чтобы получить положительный результат?
Не спешите с ответами. По крайней мере, пока мы не разберемся еще с одним вопросом.


Что делать пищевке?


Возьмем локально все тот же продовольственный рынок. Наш. В условиях падения цен в Российской Федерации отечественным производителям приходится решать еще одну задачу: как без ухудшения качества продукции (при максимальном сохранении натуральности, которая становится для многих из них каким-то мифом) добиться оптимального финансового результата.
В итоге предприятия выходят на распутье, как тот былинный витязь. Им придется выбирать для себя некий предел технологичности. В противном случае переработчики рискуют освоить выпуск молока, которое молоком назвать уже будет нельзя. То же самое касается производителей мясной, овощной продукции и т. д. Уже сегодня им необходимо не просто озвучить, но и реализовать в жизни классический закон: «Мера есть граница качества». Как говорится, со всеми вытекающими последствиями…


За что боролись?


Кроме того, пришло время обратить внимание на то, что непродуманное движение только вперед — не всегда хорошо в сегодняшних условиях. И это мягко сказано. Вот в сельское хозяйство, по разным данным, было вложено за эти годы порядка 40 млрд долларов. В соответствии с очередной программой развития у нас невиданными темпами строятся молочно-товарные фермы. Переработчикам приходится брать кредиты для реализации этой амбициозной программы. А завтра многие из них будут вынуждены реализовывать это дополнительное молоко в Россию в лучшем случае в ноль. Зачем? Этот вопрос можно «забрасывать» на разные этажи здания наших руководителей страны. Но он, выражаясь языком Библии, останется «гласом вопиющего в пустыне».
Нигде вы также не услышите убедительного ответа: зачем сегодня в Минске добиваться двукратного увеличения роста торговых площадей, если потребительский спрос в 2015 году рискует упасть минимум на 10 %. Яркий пример — история с сетью «Родная Сторона». Она в том числе из-за падения потребительского спроса была вынуждена в марте отдать в аренду свои многочисленные магазины, как говорят в некоторых кругах, «чтобы не стать банкротом официально, окончательно и бесповоротно».
Вывод из этой истории простой. На одном из первых мест в жизни должен находиться принцип разумности, умеренности. За излишества в жизни приходится платить в геометрической прогрессии.
Все упирается в финансы, или Как можно говорить и не слышать
Крупные проблемы экономики связаны еще и с тем, что мы не научились эффективно работать в финансовом секторе. Финансы — это не только банки, которые активно продолжают строить очередной пузырь в стиле «МММ» и победно увеличивать свою прибыль. Не будет в стране современных финансовых инструментов — будем и дальше жить с такими условиями кредитов. Последствия не заставят себя ждать.
Случай из практики. Вот в Бресте живет и работает Александр Мошенский, хозяин компаний «Санта Бремор» и «Савушкин продукт». Человек для нашего продовольственного бизнеса, безусловно, примечательный и замечательный. И неудивительно, что газета «КП» пригласила его одним из первых для участия в рубрике «Антикризисная беседка». Материал под названием «Деликатесов в кризис покупают меньше, зато спрос на творог и сметану растет» получился классный.
Александр Михайлович последовательно рассказал о стратегических ходах его компании; посетовал на падение потребительского спроса в Беларуси и других странах; поведал, какой кризис лично для него был наиболее тяжелым, начиная с 1998 года; дал свои рекомендации по поводу поведения бизнеса и отдельно взятых людей в нынешний период. В частности, речь шла о том, в какой валюте хранить свои сбережения и т. д. И под этим содержательным со всех сторон материалом на форуме появилась реплика читателя под ником Гость № 9247: «Мне 48, работала в швейной фирме. Фирма закрылась… Насовсем закрылась. Где в Кобрине можно найти ЛЮБУЮ работу?.. Швейная фабрика стоит, на всех предприятиях нет набора, даже уборщицы в магазин не нужны… На любую работу согласна. Подскажите, куда обращаться».
Этот заочный диалог блестяще иллюстрирует уровень расслоения в обществе. Такие разные люди, говоря на одном вроде бы языке, друг друга вряд ли поймут, и вряд ли услышат. Сегодня, во всяком случае. Слишком уж далеки они друг от друга. Вот так и растут пресловутые кризисные явления. Думаете, если в Кобрине все так плохо — это никак не повлияет на брестчан? Ну-ну…
Постфактум
Невозможно обо всех первоочередных вызовах, имеющих отношение к развитию рынка продовольствия в частности и экономики вообще, подробно написать в одной статье. Но если не иметь обо всем этом системного (взаимоувязанного) представления, то возникают желания реализовывать простые решения. А фокус состоит в том, что время принятия простых решений уже прошло. Именно так и никак не иначе.